В треугольнике США-Россия-Китай

Только что опубликовал на ФБ своё понимание ситуации в треугольнике США-Россия-Китай. У России очень выгодная позиция, требующая умелой "распасовки". Советую почитать - это новый подход, подтверждаемый концепцией Киссинджера.

В связи с последним заявлением Киссинджера о важности сближения США с Россией, чтобы не допустить сближения России и Китая, считаю важным опубликовать отрывок из своей книги "На шаг впереди".

"Считалось бесспорным, что киевский майдан с изгнанием Януковича и вооружённым мятежом затеяны американскими спонсорами, чтобы столкнуть Украину с Россией. Вспоминали известное назидание Бжезинского: отрыв Украины, «спор славян между собою» не позволит России вновь претендовать на статус великой державы. Противостояние Москвы и Киева, их распря логично укладывались в русло американской политики, преследуя цель укротить возраставшую независимость России. Но именно предельная ясность этой проблемы уводила от простого и естественного вопроса: нет ли у антироссийской политики Белого дома на Пенсильвания-авеню двойного дна? Между тем, при тщательном обдумывании «украинского узла» такой вопрос возникал. После крушения СССР главным мировым соперником США стал Китай. Россия, несмотря на возрождение ядерного потенциала сдерживания, экономически не могла противостоять США и лишь раздражала своим стремлением – в западном восприятии, своими потугами – к независимой внешней политике. Даже Крым, даже донбасско-луганская заваруха не меняли мировую ситуацию, не угрожали Штатам утерей глобального лидерства. Главным конкурентом стал Китай. Разумеется, на данном этапе США и Китай слишком взаимозависимы, чтобы вступить в противостояние. Гигантский торговый оборот и несчётные миллиарды, вложенные Поднебесной в американские доходные бумаги, гарантировали обоюдную сдержанность. Однако усиление китайской мощи, в том числе оборонной, возведение насыпных островов, наконец, возрастание роли юаня, включённого в список резервных валют, - всё это не могло не тревожить американских стратегов. Особое беспокойство вызывало то, что по крупному счёту у США не было шансов надолго затормозить развитие Китая. Даже господство на море, позволявшее блокадой проливов прервать доставку энергоносителей, начинало терять значение. Осознавая угрозу, Китай готовил континентальные варианты снабжения углеводородами, прежде всего из России, инвестировал десятки миллиардов долларов в новый Шёлковый путь, который сухопутно связал бы его с Европой, «разменял» бы Америку на Европу по части торгового оборота. Дело усугублялось опасностью передела валютных отношений: замещение доллара юанем – а эта перспектива маячила на отдалённых финансовых горизонтах, - обернулось бы для Америки крахом, гибелью «Титаника». Воистину, у больших кораблей большие кораблекрушения. Поэтому за ближневосточными, европейскими и антироссийскими «телодвижениями» США подспудно стояла проблема поисков противодействия Китаю. И поскольку прорывных вариантов не просматривалось, команда ведущих аналитиков США приступила к разработке нестандартных решений. Когда несколько экспертов Группы на факультативной основе глубинно изучили подоплёку американского глобализма, то с немалым удивлением пришли к выводу, противоречившему общепринятым в России представлениям. Наши спецы по США, как и подавляющее большинство политологов, считали политику Вашингтона импульсивной, слабо просчитывающей отдалённые последствия «ковбойских» мер по дестабилизации различных регионов мира. Согласно этой концепции, стратегия управляемого хаоса скатывалась к хаосу неуправляемому, одним из плачевных результатов которого стало возникновение ДАИШ на обломках армии Саддама Хуссейна. «Растерянные» американцы зачастую грешили ошибками, следуя принципу «ввязаться в драку, а там видно будет». В действительности это был, как говаривали наши предки, «подкладной скрип» - когда в башмаки клали специальную стельку, создававшую при ходьбе своеобразный эффект. Применительно к политике США более к месту были слова Блока о «мировой метели». Она замела очень важные следы, оставленные Америкой в истории. Как показывал глубинный анализ, стратегическая мысль США была целенаправленной, последовательной. Допуская нерациональные перегибы и ошибки в побочных ситуациях, американцы ни на миг не упускали из внимания достижение главной цели. Именно так было в период «холодной войны» с СССР, когда в итоге они добились своего. Так же работала их «стратегическая машина», когда целеполагание изменилось, и главным соперником определили Китай. Казалось бы, что главное в политике США? Раскачка Ближнего Востока инициировала необходимую для воплощения стратегических замыслов дестабилизацию мира, а наезд на Украину ставил своей целью усмирение строптивой России. Однако после изучения множества тонкостей, составив таблицу сопоставлений, эксперты Группы всё более склонялись к мысли, что удар по России был промежуточной, а отнюдь не главной целью создания на Украине американского протектората. Слишком не равны экономические потенциалы США и России, чтобы Америка позволила себе рисковать, всерьёз конфликтуя со второй ядерной державой мира. Прежние идеи дробления нашей страны теряли смысл. Шахматная доска Бжезинского явно устарела, потеряла своё значение, переместившись в разряд исторических достопримечательностей. Более того, Соединённым Штатам стала очень выгодна именно сегодняшняя Россия - в качестве некой африканской Вольты с ядерными ракетами. Но - во главе не с Путиным, а, допустим, с Медведевым. США, по расчётам экспертов, не преследовали цель крайнего ослабления и без того падающей, по мнению Вашингтона, России. Противопоставление Киева Москве вкупе с раздуванием сирийского конфликта и санкциями, не были рычагами экономического сокрушения России. Задача ставилась иначе: координируя внешние и внутренние воздействия, произвести смену власти в Кремле и покончить с пресловутым «рашен майнд» - русским духом. Америке позарез нужна большая, но послушная Россия. Не ради утверждения своей гегемонии, не ради сохранения однополярного мира, уже немыслимого при наличии современного Китая. Ядерная, но послушная Россия нужна была Америке для того, чтобы натравить её на Китай - так же, как Украину натравили на Россию. Это был единственный способ реально связать силы набирающей мощь великой Поднебесной державы. Именно эту новую цель ни на миг не упускали из внимания вашингтонские стратеги, хотя никогда не афишировали её. Что будет с самой Россией, их интересовало так же мало, как печальная участь Украины. Но до выполнения миссии, возложенной на неё американскими стратегами, ядерный потенциал нашей страны должен находиться в исправном состоянии. И задача сводилась к решению всего одной, хотя и весьма сложной проблемы: как без потрясений и распада страны провести смену кремлёвской власти? Преждевременный распад России стал для Вашингтона крайне нежелательным. Он открывал возможности для радикального усиления Китая, для захвата Китаем углеводородных месторождений Сибири, для интеграции с развитой российской дальневосточной инфраструктурой, наконец, для использования военно-стратегического потенциала России. Резкие исторические зигзаги американской политики вообще являются одной из её характерных особенностей. В России уже забыли, что сто лет назад крупный капитал США был заинтересован в большевистской трансформации Российской Империи. 60 миллиардеров даже крупно «скинулись» на организацию Октябрьской революции, а председателем комитета в её поддержку был ни кто иной, как дед президента Буша. Вывод, к которому в экспертной Группе пришли в результате глубинного анализа совокупности американских шагов на международной арене и внутри нашей страны – по «продвижению» демократии, сплочению антипутинской «пятой колонны», - был кратким, но чётким: Россия нужна вашингтонским стратегам такой, какая она есть, пусть с Крымом и даже с Новороссией. Но – с другим лидером в Кремле. В этом случае США успешно повторят манёвр, который удался им после переворота в Киеве: стравить Россию и Китай, исключив из борьбы за мировое лидерство своего главного конкурента – Поднебесную".